28.09.2013
Начата работа над новым дизайном сайта. Принцип — простота.
новость подробнее...
01.10.2013
Работа над новым дизайном сайта завершена.
новость подробнее...
уменьшить размер шрифтаисходный размер шрифтаувеличить размер шрифта

Виталий ФИОЛЛЕНТ

Кукла

* * *


Жила-была Кукла.

Одна маленькая, пластмассовая кукла, которых на свете белом и не перечесть. Вышедшая новенькой с заводского конвейера — две маленькие, пухлые ручки с заботливо накрашенными слепой художницей крошечными ноготками, две маленькие ножки, обутые в сандалии, одуванчик пышных белокурых волос, навсегда завитых парикмахерскими щипцами и непослушно растрепавшихся, детское личико с живыми, подведёнными краской губами и широко открытые бездонные, задумчивые глазки — всё удивительно живое, даже пластик был ещё тёплым. Кукла развела руками, кокетливо ладошки оттопырила:

— Я пойду к людям?

— Конечно, — сказала ей какая-то женщина, одевая в нарядное платье, только что отстроченное по лекалам.

— А зачем? Что я дам им? Я же такая... игрушечная, — удивлялась Кукла.

— Ты нужна им, — улыбнулась женщина у конвейера, застёгивая ловкими, привычными движениями миниатюрные пуговички на платье и водружая на кукольную головку модную шляпку.

— Зачем? — продолжала удивляться Кукла, размашисто хлопая ресницами и с интересом озирая цех, по периметру которого плыло множество таких же, как и она: некоторые ещё совсем голенькие, некоторые даже без глаз, но уже так смешно покачивающие головками... они готовы были вот-вот родиться.

— Милая моя, — погладила её на прощание женщина с заботливыми руками, Кукла это хорошо почувствовала, — в мире людей много удивительных вещей... — на мгновение задумалась, мечтательно запрокидывая голову наверх, к невидимому солнцу, но потом вздохнула и продолжила: — Вещей не материальных, которые греют сердце. Порой я по-хорошему завидую, ведь вам это только предстоит, — и с этими словами, взглянув на кукольное лицо, прикрыла коробку картонной крышкой и завязала на обёртке пышный бант.

Стало темно.

«Как странно, — подумала Кукла, — греют сердце...» Она не успела испугаться темноте, потому что тут же заснула.

Небольшой толчок разбудил её, даже не толчок, скорее тепло, которое распространилось через картон и заполнило собой изнутри весь вакуум. Кукла прислушалась... мелодичный голос спрашивал кого-то:

— Мама, а когда можно будет открыть коробку?

И женский, высокий голос отвечал:

— Когда придём домой, милая. Ты держи коробку крепче, не оброни...

Кукле становилось тепло. Она лежала в темноте, было покойно, и думала: «Что такое удивительные, нематериальные вещи?» Она замечталась. Почудилось, как шевелит ножками и бежит по какому-то ковру, ей представилось, что в мире людей это зовётся травой. Мечталось, что пьёт чай из красивых чашек, сидя в изящном кресле на берегу старинного пруда или озера, виделось, что спряталась от жаркого солнца за фетром зонтика, кем-то заботливо раскрытого над ней... она даже пошевила ножками и похлопала ручками, вот так: «хлоп—хлоп»!..

— Ой, мама, там что-то шевелится! — услашала Кукла восторженный, будто детский голос извне.

— Ну что ты, доченька! — ответил голос. — Держи крепче, не тряси. Ты же не хочешь растрепать свою куклу.

— Она не кукла, — протянул детский голос, — она — подруга.

— Да, да! — звонко засмеялся голос. — Держи свою подругу, никогда не теряй её.

Кукле стало хорошо: «У меня есть подруга». Может, это и есть та «вещь», которая «греет сердце»?

Она покойно лежала, стараясь не шевелиться, а внутри словно что-то забилось, невыносимо застучало, распирая от счастья: «Я увижу Мир!». Кукла не знала мира, она многое уже слышала и чувствовала, какие-то прикосновения, а в тот момент, когда кто-то или что-то подарило ей глаза, она даже видела разные лица людей, сменявшие друг друга и воркующие над ней... Каждый тогда дарил ей что-то: улыбку на лице, взмах ресниц, завиток локона, вечную пудру и румянец на щеках — каждый даровал ей кусочек удивительного Мира и своего подобия, вкладывая в него самое лучшее, и Кукла знала это, она чувствовала... Быть может, чувствовать — это было многим раньше того, как её научили слышать, видеть и кокетничать из-под шляпки, осваивая пластиковую мимику лица... Во всём ей хотелось быть похожей не тех людей, которых она успела видеть. Было немного тревожно — Кукла не знала, как вести себя с новыми людьми, она лишь слушала шум извне и представляла, какими они окажутся...

Когда открыли коробку, Кукла что было мочи зажмурилась. Не от яркого света, она не боялась его. Ей было неловко за то, что на лице её может быть написано удивление или что-то ещё, что оттолкнёт её от новой семьи. Она мечтала во всём нравится им.

Люди приняли её гостеприимно. Детский голос воскликнул:

— Мама! Она красавица!

И в ту секунду Кукла поняла, что бояться нечего, что мир здесь, за пределами колыбели её рождения, добр. Она почувствовала, что её поставили на ноги, и открыла глаза.

— Привет! — на неё смотрело такое же, детское лицо, словно вылепленное из нежного сахара.

— Здравствуй! — нараспев, звонко, мелодично вторила Кукла, широко улыбаясь миру и отражая в зрачках своих его бездонное подобие.

— Ты у меня красавица! — любуясь, вымолвила девочка «с сахарным лицом».

Кукла не знала что ответить, лишь хлопала ресницами... Мир в мигающем калейдоскопе сменялся перед ней: девочка с «с сахарным лицом», иногда плачущая подле неё девушка, иногда подружка, рассказывающая весёлые истории и пьющая вместе с ней кофе из игрушечного сервиза... всё видела Кукла. В жизни были и луга—травы, ножками по которым ступать—не—переступать, и кресла у озёр, отразивших бездонный небосвод и плывущее по нему светило, и кровать у открытого окна, в которое заглядывала полуночная красавица—Луна, и чаепитие в компании подружек девочки, приходящих на Дни рождения... Дни... Годы... Они сменяли друг друга, казалось, не истекая к концу и продолжаясь вечно...

Внезапный порыв холодного ветра вдруг поднял занавески, повеяло прохладой. Девочка укрывала Куклу. Той было спокойно и мирно. То были удивительные, нематериальные вещи... Кукла вспоминала женщину, впервые застёгивающую на ней парадное платье: «Порой я по-хорошему завидую, ведь вам это только предстоит»... Она улыбалась, даже во сне, возле кровати своей вечной подруги: «Как прекрасно Жить!». Радость мироздания дарило ей общение с людьми, и в этом видела она свой смысл. В этом существовала вся она: копна непослушных волос, глубокие зрачки—протуберанцы вечности, смешные ручонки, в удивлении разведённые в стороны...

Вечность... не кончайся! Ты — ...удивительна! Мир... не молчи! Ты — ...удивителен! Любовь... не уходи! Ты — ...удивительна!

А однажды... а однажды...

Девочка «с сахарным лицом» принесла в дом новую Куклу... Она с сочувствием посмотрела на свою старую подругу, виновато опустила глаза и молвила:

— Ты устала. Румянец твоих щёк потух, пудра осыпалась, а локоны волос растрепались и поредели. Ты была отличной подругой, и я тебя не забуду.

Кукла не успела даже удивиться, она хотела вскрикнуть, но её положили на спину, и глаза закрылись. Кукла хотела заплакать от беспомощности, но ресницы захлопнувшихся всек слиплись, и ни одна слезинка не смогла пасть с глаз тех...

Она почувствовала холод. Услышала рёв проезжавших мимо машин и поняла, что лежит на чём-то холодном, что никогда не грело. Она, сквозь ресницы увидела вдали, в высоте сводов домов, возвышавшихся над ней, горящие окна, в которых жили люди. Одно было распахнуто, и там восседала новая кукла, за вечерним чаепитием считающая мириады звёзд и огни проплывающих спутников. Луна отражалась на лице той и горько плакала. Кукла пыталась выкрикнуть звёздам: «Заберите меня!» Но никто не услышал. Не докричаться. До хрипа. Напрасно. Ненужно. Конец. Только сердце: «Тук—Тук»... всё медленней, и медленней, и медленней... всё медленней и медленней... всё медленней... всё...

Что-то качнуло, и на мгновение Кукла пришла в себя. Старая бабушка длинной кривой палкой ворочала пластмассовое тело:

— Эх, горемычная, да кому ты нужна теперь. Разбитая. Была бы целая, я тебя внучке принесла бы. Эх... — бормотала бабушка, удалясь прочь.

— Я — удивительная вещь! — кричала вслед Кукла. — Я умею Любить!

Бабушка удалялась. Вокруг никого. Тишина.

— Я поняла! — захлёбывалась криком кукла. — Самая удивительная вещь — не подружки, не озёра—травы! Самая удивительная вещь — это уметь Л-ю-б-и-т-ь!!!

Бабушка обернулась:

— А знаешь, горемычная, ты пожила много, уж я-то знаю. Мы с внучкой покрасим тебе щёки, заменим ножку. Ты не будешь одна.

Глядя, как бабушка, разгибая затёкшую поясницу, напрявляется к ней, Кукла блаженно закрыла глаза.

Луна поплыла по небосводу дальше. Звёзды закружились в извечном танце орбит.

— Л-ю-б-и-т-ь...


9 января 2006 года
Фото — март 2004 года


Виталий Фиоллент, «Кукла»

вверх
© 2008—2018: Идея, дизайн, программинг, тексты, фото — Виталий Фиоллент (студия «PM»)
Пожалуйста, помните, что все материалы, опубликованные на этом сайте, имеют авторство
По всем вопросам звоните по тел. в г. Москве:
Сайт: http://www.fiollent.ru | Почта:

ПРОЗА

Виталий ФИОЛЛЕНТ


Список произведений:


×

КОНТАКТ

Виталий
ФИОЛЛЕНТ


Телефон:


Сайт:
www.fiollent.ru

Почта:


×